интервью
Дирижер Николай Винокуров: учусь выдержке у артистов балета
Более 15 лет Николай Винокуров, выпускник Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова по специальности «оперно-симфоническое дирижирование», сотрудничает с оперными театрами России. С 2008 года — дирижёр Московского театра «Новая Опера». В 2011 стал дирижером Большого симфонического оркестра им. П. И. Чайковского. С 2018 года сотрудничает с Академическим симфоническим оркестром Санкт-Петербургской Филармонии.

С 2017 года — дирижер Летних Балетных Сезонов.
— Николай, какой у Вас любимый балет? А есть ли такой балет, который нравится меньше? Почему?
Любимый балет у меня не один, их несколько. И хотя настоящие профессионалы искусства балета утверждают, что хороших балетов много, а гениальных только два, "Сильфида" (предполагаю, что именно в хореографии Тальони, а не Бурнонвиля, в России этот балет идёт только в хореографии Бурнонвиля) и "Жизель", мой список несколько больше. Это, безусловно, "Спящая Красавица" (Чайковский/Петипа), "Баядерка" (Минкус/Петипа), "Легенда о любви" (Григорович/Меликов)", Четыре Темперамента" (Баланчин), "Bella Figura" (Килиан), "Герой нашего времени" (Посохов/Демуцкий).

Спокойнее всего я, пожалуй, отношусь (конечно, из самого популярного репертуара) к "Дон Кихоту" по очень простой причине: этот балет по своему содержанию имеет к великому роману Сервантеса, крайне касательное отношение. По сути, как мне кажется, ту сюжетную линию, которая лежит в основе балета, можно присовокупить к любому знаменитому роману, лишь немного изменив имена главных героев.

— Какой балет для Вас сложнее всего? Возможно, есть особенно сложные музыкальные части для дирижирования или исполнения?
Предполагаю, что "Спящая Красавица" т.к., прежде всего, это огромное количество музыкального материала (я имею в виду именно полную версию балета, а не сокращенный, фестивальный вариант) и, конечно, множество персонажей, характеров, для каждого из которых была поставлена своя, особенная, уникальная хореография. Всю её, помимо партитуры (естественно), необходимо знать досконально. К тому же партитуры Петра Ильича сами по себе крайне сложны. Не думаю, что найдётся хоть один музыкант, который сможет сказать, что исполнять Чайковского — это простое дело.
— В чём основная трудность управления оркестром? Есть ли какие-то особые приемы для упрощения процесса? Насколько дирижёр должен быть актером, музыкантом и психологом одновременно?
Одним словом на этот вопрос, конечно, не ответишь. Могу лишь сказать, что дирижирование — это такая же профессия, как и остальные профессии. В её основе лежит, прежде всего, ремесло. Поэтому и заниматься ею надо отнюдь не меньше, чем другими.

В хороших оркестрах, как правило, сидят музыканты экстра-класса, которые зачастую, помимо работы в оркестре, имеют достаточно много сольных проектов, поэтому выход к ним — дело очень ответственное, дирижёр должен быть отнюдь не меньшим специалистом, чем музыканты, с которыми он работает. И, кроме того, не забывать (а об этом сейчас очень часто, увы, забывают), что профессия дирижёра в основе своей должна помогать сокращать количество репетиций и времени, которое на них тратится, а совсем не наоборот.

По поводу психологии — безусловно, каждый, кто работает с коллективом, должен понимать коллег, и дирижёр, конечно, в их числе.

— Вы каждый раз обсуждаете с солистами будущий спектакль? А бывает так, что вы понимаете друг друга без слов?
Да, конечно, каждый раз стараюсь обсуждать с солистами предстоящий спектакль, так как всегда есть какие-то новые мысли, артистические задумки, желание что-то поправить, по сравнению с прошлым спектаклем и т.д. А то, что происходит во время спектакля — это и есть понимание друг друга без слов, потому что живое действие на сцене никогда не предугадаешь, не запрограммируешь, причём одинаково, что с музыкантами оркестра, что с артистами на сцене.
— Случался ли с Вами какой-то забавный случай во время спектакля или подготовки к нему на Сезонах?
Да, это было во время моего первого участия в Сезонах. Не знаю, по какой причине, но произошла внезапная замена балетной труппы, с которой были приглашены танцевать "Ромео и Джульетту" Прокофьева артисты Парижского Балета.

У нас была всего одна репетиция на то, чтобы сделать новый спектакль: все музыкальные номера, сокращения, для балета - хореография, темпы и т.д... Всё это "склеивалось" прямо в день спектакля с приглашенными артистами. Об отмене названия или замене речь, естественно, не шла, так как приглашённые звёзды прилетели с уже выученной хореографией... В общем, помнится, мы закончили репетицию минут за 15-20 до начала, а впереди был целый спектакль с полным залом зрителей... Незабываемые ощущения!
— Что Вы чувствуете, когда выходите на поклон вместе с артистами балета?
Выходя на поклон с артистами балета, я всегда восхищаюсь, как они научены, несмотря на безумную усталость после спектакля, находить в себе силы улыбаться публике, благодарить её за тёплый приём. Всегда стараюсь у них этому учиться.
Беседу вела Катерина Вендилло